Я валялся на мокром асфальте, Весь в помаде, в крови и глине. Подошла ты ко мне не сразу, Опасаясь чего-то, видно.
Сумочку придержав, нагнулась, Ощущая себя незваной, Деликатно плеча коснулась: "Эй! Ты жив? Или просто пьяный?" Промычав несуразно глупость, Перегаром дыхнул богато, Ты ж меня, проявляя чуткость, Подняла, повела куда-то. Я проснулся в твоей постели Чисто вымытый и побритый, А на стуле в углу висели Брюки в стрелку, пиджак зашитый. Ты спала, мне в плечо уткнувшись. Я вдруг понял, как ты красива. Потянулась, уже проснувшись. Ошалел я от чувств наплыва. Быстро в ванне привел в порядок Мысли, внешность, следы попойки, Вышел я как огурчик с грядок, Приласкал тебя, сев на койку. Ты внимательно на меня взглянула, Отстранилась от ласки нежной, Простыню на себя натянула, Будто не было ночи грешной: "Мне не нужен такой холеный И уверенный в себе мужчина. Я подумала, ты непутевый, И за это тебя полюбила!" Я ушел и напился снова, В казино, проиграв все деньги, Захотелось мне стать непутевым, И упасть пред тобой на колени. Я валялся на мокром асфальте Весь в помаде, в крови и глине, Ты узнала меня! Как кстати! Но прошла равнодушно мимо...
|